А что сделал бы Амадейро с Бейли? Ничего, разве что продержал бы некоторое время в беспомощном состоянии. Сам Бейли — не цель, не добыча, это ясно. С ним были два робота, и они тоже были бы беспомощны. По данным им инструкциям, они должны были охранять Бейли, но если он болен и о нем хорошо заботятся, им оставалось только повиноваться приказам Амадейро, направленным якобы на пользу Бейли. А сам Бейли едва ли был бы настолько в себе, чтобы защитить роботов от этих приказов — его наверняка напичкали бы седативными препаратами. Это же так ясно! Амадейро имел у себя Бейли, Дэниела и Жискара, но бесполезно. Он послал роботов в грозу с приказом вернуть всех троих, и получил бы их снова — уже с пользой. Главное — Дэниел! Целью был Дэниел. Конечно, Фастольф стал бы искать их и, в конце юнцов, нашел бы и вернул, но не слишком ли поздно?
А что Амадейро хотел сделать с Дэниелом? Бейли был уверен, что знает, но как это можно доказать?
Голова Бейли болела, и он закрыл глаза. Веки все-таки создавали стены. Но он не смел задремать.
Дверца машины открылась с легким шумом. Бейли услышал его, ощутил ворвавшийся внутрь холодный сырой ветер, резкий запах мокрой зелени и знакомый запах масла от обшивки, напомнивший ему Город. Увидит ли он его снова?
Бейли открыл глаза и увидел лицо робота. Робот сказал:
— Простите, сэр, разве с вами нет двух роботов?
— Ушли, — пробормотал Бейли, разыгрывая больного, хотя понимал, что разыгрывать это и не нужно.
— Куда ушли, сэр?
Ожидая ответа, робот добавил: — Вы больны, сэр?
Бейли почувствовал некоторое удовлетворение оттого, что еще способен мыслить. Если робот не получил особых инструкций, он должен был искать признаки болезни Бейли в первую голову. Если же спрашивают первым делом о роботах, значит, это самое важное. Так оно и есть.
Бейли постарался ползать силу и нормальное состояние, которых у него не было, и сказал:
— Я здоров. Не беспокойтесь обо мне.
Он, вероятно, не убедил бы обычного робота, но этот был так явно заинтересован в Дэниеле, что принял ответ Бейли.
— Куда ушли роботы, сэр?
— Обратно в Институт Роботехники.
— Зачем, сэр?
— Их вызвал Главный роботехник Амадейро и приказал им вернуться. Я жду их.
— Почему вы не отправились с ними, сэр?
— Главный роботехник Амадейро не хотел, чтобы я подвергался действию грозы. Он приказал мне ждать здесь, и я следую его приказам.
Он надеялся, что повторение престижного имени и слова «приказ» произведет впечатление на робота, и тот оставит его в покое. Но с другой стороны, роботу были даны особо тщательные инструкции привести обратно Дэниела, и если он поверит, что Дэниел уже на пути в Институт, он будет иметь время подумать о Бейли и скажет…
Робот сказал: — Но вы, похоже, нездоровы, сэр.
Бейли снова почувствовал удовлетворение: — Я здоров.
Когда глаза его привыкли к темноте, он различил позади робота несколько других. Глаза их тускло блестели. Повернув голову, Бейли увидел роботов у левой дверцы, хотя она оставалась закрытой. Сколько же их послал Амадейро?
— Главный роботехник Амадейро приказал, чтобы мои роботы вернулись в Институт, а я ждал бы здесь. Если вас послали в помощь, и если у вас есть машина, догоните их и подвезите. Эта машина не работает. — Он старался говорить твердо, как здоровый, но это не вполне ему удавалось.
— Они возвращаются пешком, сэр?
— Найдите их. У вас ясные приказы.
Последовало явное колебание.
Бейли, наконец, вспомнил, как двинуть ногой. Ему следовало бы сделать это раньше, но его физическое тело не отвечало точно на его мысли.
Роботы все еще были в нерешительности, и это страшно огорчало Бейли. Он не космонит, он не знает правильных слов, правильного тона, правильного вида, которыми управляют роботами. Умелый роботехник мог одним жестом, одним движением брови управлять роботом, как марионеткой, особенно, если робот его собственного изготовления. А Бейли всего лишь землянин. Он нахмурился, что было нетрудно в его состоянии, и слабо прошептал, махнув рукой:
— Идите!
Видимо, это добавило последний маленький и необходимый штрих к его приказу: роботы приняли решение, колебаний больше не было. Они двинулись обратно к своей машине — где бы она там ни была — с такой скоростью, что казалось, будто они просто исчезли.
Дверца, которую робот открыл, теперь закрывалась сама собой, но Бейли поставил ногу в щель. Он мельком подумал, не будет ли его нога начисто отрезана или размозжены кости, но не убрал ее. Надо думать, что машина спроектирована так, чтобы подобных неприятностей не случалось. Он снова был один. Он вынудил роботов уйти от явно больного человеческого существа, сыграв на силе приказов, данных им компетентным роботехником, который напирал на мощь Второго Закона для своих целей и довел его до такой степени, что совершенно неприкрытая ложь Бейли поставила Первый Закон на второй план.
«Как хорошо, что я это сделал», — подумал Бейли и начал осознавать, что дверца все еще открыта, а его нога ничуть не пострадала.
Вокруг ноги Бейли кружился холодный воздух и падали струи холодной воды. Ощущение было пугающе ненормальным, но Бейли не мог позволить себе закрыть дверцу, поскольку не знал, как ее потом открыть. В книгофильмах ничего не говорилось о том, как открываются дверцы стандартных машин. Предполагается, что вы это знаете, хотя бы теоретически. Он обыскал карманы, которые тоже нелегко было найти, ибо они находились ре на тех местах, нашел носовой платок, укатал его и положил между дверцей и ногой, а затем убрал ногу.
Теперь надо подумать, если он сможет. Какой смысл держать дверцу открытой, если он не собирается выйти? А есть ли смысл выходить? Если подождать, то Жискар в конце концов придет за ним. Рискнуть ждать? Бейли не знал, когда Жискар вернется, он не знал также, когда роботы Амадейро решат, что не найдут Дэниела и Жискара на пути в Институт. В самом деле, не может же быть, чтобы Дэниел и Жискар пошли к Институту в поисках укрытия, но что, если это единственно возможная дорога? Нет, не может этого быть! Бейли покачал головой в знак молчаливого отрицания такой возможности и почувствовал в ответ боль.
Скоро ли роботы Амадейро поймут, что он обманул их или сам был обманут? Не вернутся ли они за ним, чтобы унести его, всячески стараясь не навредить ему? Сможет ли он удержать их, сказав, что умрет, если его выставить под грозу? И поверят ли они ему? Скорее всего, они сообщат в Институт, и тогда приедут люди, которые, конечно, не станут чрезмерно заботиться о его благополучии. Если же Бейли выйдет из машины и спрячется где-нибудь между деревьями, то преследующим роботам будет труднее отыскать его, и это поможет выиграть время. Но ведь и Жискару тоже будет труднее обнаружить его. Правда у Жискара куда более сильные инструкции охранять его, чем у тех роботов — искать его. Первоочередная задача Жискара — найти Бейли, а у тех — Дэниела. Кроме того, Жискар запрограммирован Фастольфом, а Амадейро, как ни опытен, не может сравниться с Фастольфом. Значит, при прочих равных обстоятельствах, Жискар должен вернуться раньше тех роботов. А, собственно, почему они должны быть равными? С легкой долей цинизма Бейли подумал: я устал и не могу как следует думать. Просто я в отчаянии и ищу себе утешения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
